Киевская международная телерадиоярмарка
Киевская международная телерадиоярмарка
Главный форум профессионалов медиаиндустрии Украины
События

ТЕПЕРЬ Я БУДУ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ

Автор: Ширман Роман Натанович
Автор иллюстраций: Сахалтуев Радна Филиппович
(-К.: Телерадиокурьер, 2006. -328 с., ил.) ISBN 966-95960-2-5)

► 6,50 грн

  • Про Автора
  • Автор о книге


Ширман Роман Натанович. Кинорежиссер. Заслуженный деятель искусств Украины.
Автор и режиссер более 40 документальных фильмов, в т.ч.:
“Опасно свободный человек” (2005), “Казнить палача” (2005). Режиссер художественных фильмов “Біжи, принцесо, біжи!” (2008), “Теперь я буду любить тебя” (2015).
Лауреат премии имени Феликса Соболева, многих национальных и международных кинофестивалей.
Профессор, заведующий кафедрой режиссуры кино и телевидения Института кино и телевидения КНУКиИ.
Председатель Жюри Телефестиваля “Открой Украину!” (2005-2012).
Автор учебных пособий:
• “УМНОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ. Мастер-класс” (2011)
• “АЛХИМИЯ РЕЖИССУРЫ. Мастер-класс” (2008)
• “ТЕЛЕВІЗІЙНА РЕЖИСУРА. Майстер-клас” (2004)

Роман Ширман о романе «Теперь я буду любить тебя»
(из интервью Романа Ширмана: «Мне всегда нравились мистификации,
Или Почему Роман написал роман?»; Журнал “Телерадіокур’єр”, №3/49 2006)

...Роман ШИРМАН: Да, мне говорили, что нормальные люди начинают с того, что пишут маленькие рассказики, очерки, потом – повести. Но, как видите, я уже не юноша, поэтому я должен экономить время, я сразу начинаю с романа и трилогии. Но если говорить серьезно, у моего выбора есть несколько причин.
Когда-то я услышал интервью замечательного писателя Бориса Акунина – автора целой серии детективов о всем известном следователе Эрасте Фандорине. Акунин рассказывал о том, как ему в голову пришла мысль писать детективы. Он не был писателем, был редактором серьезного журнала «Иностранная литература». Как-то раз Акунин прочитал современный детектив, написанный суконным языком, с примитивными неинтересными характерами героев. Прочитал и подумал: как же так, неужели нельзя соединить жанр любимого всеми детектива с острым сюжетом, с традициями серьезной литературы? Почему нельзя написать детектив современным хорошим языком, вдохнуть в него культуру и интеллигентность? Может быть, тогда получится что-то стоящее? У Акунина это получилось замечательно, его романы любят и читают все. Я, конечно, никоим образом не сравниваю себя с Борисом Акуниным, но что-то похожее я тоже испытал.
Пару лет назад я был на большом книжном рынке в Киеве – на Петровском рынке.
Я на секунду оторвался от серьезных книг, которые обычно смотрю (серьезные книги замечательных авторов!), и вдруг увидел на рынке целое море разной литературы, в ярких обложках: и любовные романы, и женские, и детективы, и Бог знает что. Меня поразило то, что там много людей, и все они горячо что-то обсуждали. Покупатели что-то рассказывали продавцам, те – что-то отвечали и советовали. Я не знал ни одной фамилии этих по-своему знаменитых писателей. Я с интересом открыл книжку в яркой красивой обложке, о которой все говорили. С тех пор не могу забыть первую фразу этой книги: «Графиня Сенклер закричала мужу: «Что вы меня дурите, граф?» А граф в ответ чем-то замахнулся на графиню.
Я, конечно, не знаю, как разговаривают между собой графы и графини, герцоги и герцогини, но я почему-то уверен, что они разговаривают как-то не так. Мне захотелось сделать своеобразный эксперимент: написать увлекательную книгу, с приключениями, любовью, разочарованиями, надеждами, интригами. О вещах простых, но понятных всем взрослым людям: любовь, надежда, измена, приключения, опять надежда, счастливый брак… Книгу – смешную, местами иногда трогательную и даже грустную, со всякими приключениями и совершенно неожиданным финалом. Я догадываюсь, что я не Достоевский, не Кафка, не Фолкнер. Я не претендую на то, чтобы соревноваться с такими серьезными литераторами. Таких амбиций у меня, честное слово, никогда не было. Моя книга изначально не претендует на то, чтобы рассказать человечеству о каких-то тайнах и глубинах бытия, я пытался сделать что-то совсем другое. Чтобы книга была интересная и понятная, чтобы от нее нельзя было оторваться. Чтобы мою книгу было интересно читать не утонченным интеллектуалам, а самым обычным людям. Которые, может быть, кое-что узнают из своей жизни, и какие-то чувства и переживания героев им тоже будут знакомы.
Есть авторы, которых я безумно ценю и преклоняюсь перед ними, но я читаю их книги так, как будто бы карабкаюсь, штурмуя Эверест. Кто-то сказал, что хорошая книга должна быть немножко скучной. Может быть. Но у меня своя была игра. Что из этого получилось, я пока не знаю. Но книжка есть.

Есть ли что-то общее в вашей биографии и биографии главного героя романа?

Роман ШИРМАН: Ничего общего, безусловно, нет. Мой роман – абсолютный микс. Да, я служил во внутренних войсках, я был в Афганистане, что-то мне очень хорошо знакомо и написано как бы с натуры, но сюжет и герои – придуманы. С другой стороны, если Флобер мог сказать, что его госпожа Бовари – это он, то я тоже наберусь нахальства и скажу: все мои герои – это я! Даже афганский министр в какой-то степени – это я, ведь я отлично представляю себе и чувствую этого персонажа.
Кстати, о моей службе во внутренних войсках. Это был любопытный опыт в моей жизни. Я закончил ВГИК и полтора года провел на вышках на Северном Урале, охраняя «зону». Мы там так одурели от тайги, от службы, от зеков, что мне и до сих пор кажется, будто бы на Северном Урале, кроме зеков и охранников, никого больше нет. Там и тогда у нас была одна заветная мечта. Далеко от нас, в лесу, иногда была видна в бинокль маленькая то ли «зона», то ли городок. Добраться туда мы не могли, но ходили упорные слухи, что это – замечательная сказочная «зона». Наши сержанты, которые возили туда хлеб, рассказывали нам удивительные истории. Говорили, что там сидят политические, какие-то монархисты, литовские и украинские националисты. Все интересные и образованные люди! Они там спорят, у них диспуты и дискуссии. А в красном уголке у них лежат «Новый мир», иностранная литература. И у солдат нет автоматов, потому что политические не убегают. Мы все мечтали туда попасть и там служить. Там, как мы думали, нас точно не убьют «зеки», которых мы охраняем, пока они с топорами и пилами валят лес. Но сказочную зону охраняла госбезопасность – серьезные люди, не то, что мы, после ВГИКА.
Мы смотрели в бинокль и думали: есть счастье на земле! Вот, где курорт!
Много лет спустя, во время разговора с замечательным человеком и правозащитником Семеном Глузманом, который защищал генерала Григоренко, я вдруг узнал, что он сидел в той далекой «зоне»... Там был Стус, там были многие известные теперь люди, о которых в то время мы, мягко выражаясь, знали мало. Я смотрел Глузману в глаза и думал: То ли мир ненормальный, то ли все мы – сумасшедшие. Вот так бывает в нашей жизни...